«Неудобный» Израиль

Читать дальше →

">

«Я спросил: зачем идете в горы вы?..» Это Высоцкий. С таким же примерно вопросом я пришел к Моше Яновскому. Он завсектором института Гайдара, и, праллельно, возглавляет «Шомронский центр», группу знатоков, которые изучают проблемы современного Израиля. Вот и спросилось:

— Моше, зачем в нашем дорогом, любимом, святом Израиле живется так неудобно? Создается впечатление, что, начитавшись американской фантастики, люди стремятся снизить градус счастья в стране. Я не верю в «теорию тайного заговора», я просто хочу спросить: какого хрена наш автобусный Эгед объявил вчера забастовку в разгаре рабочего утра, когда, получив по айфону указующий звонок, водитель нажал на тормоза и сказал «слезайте, граждане!..» В результате вполне серьезные и ответственные люди стояли на ушах. Скажем, директор школы, где работает моя жена, прыгнула в свое авто и стала жать на газ, чтобы захватить безлошадных училок и помочь им появиться в классах…

— Давайте поищем истоки этого экстрима. Начнем с простого: маркетологов  часто интересует стратегия покупки, механизм принятия решения. Они пришли к выводу, что, решая «да» или «нет», люди не слишком ломают голову.

   — Как подумалось, так и сделалось?

— Примерно. Если человек покупает компьютер за 1000 долларов, он не будет приглашать эксперта, чтобы отдать  за его совет еще двести. Хорошо или плохо, но это касается общественных вопросов. Во многих пунктах  мы с вами «люди колеи». «Папа говорил», «сосед это купил» и так далее. Зависимость от старой привычки почти феодальная. В Нью-Йорке несколько поколений избирателей (не все, конечно), голосуют за демократов, в Техасе предпочитают республиканцев. Социологи разводят руками: традиция решений сильнее логики…

   — И в Израиле?..

   ПОСТОЙ, ПАРОВОЗ!

— Мы тоже люди. Всплеск сознания бывает, лишь когда людям нужно принять тяжелое и важное решение. В 90-е годы Ицхак Рабин, катаясь на волнах «мирного процесса», предложил начать переговоры с сирийцами. Мы им Голанские высоты, с которых видно пол-Израиля, а они нам бумажку о мирном договоре. ..

   — В чем интрига?

— Голаны считались вотчиной партии Авода, самым надежным ее электоратом. Отец голосовал, дед голосовал, может даже Ришон-ле-ционовский прадед. Но тут традиция не сработала. Кибуцники и мошавники живо представили, как по их домам пройдут ножи будьдозеров, как фруктовые сады и теплицы порубят и сломают. И они, создав комитет в защиту своей малой родины, резво качнулись вправо, ища союзников в национальном лагере.  Рабин со товарищи стушевался, дал задний ход.

— Моше, у меня готов ход конем. Да, когда родина в опасности, вся страна, кроме кучки политиканов встанет. Но вот проблема, которая тоже касается всей страны. Несколько лет назад правительство передало государственную почту  частной фирме. Ее боссы начали с больших сокращений. Мастера пиара пели о новых льготах, о том, что почта несколько дней в неделю будет работать «от 8 до 8». Но бандероль с двумя книгами, которую я отправил этим летом из Иерусалима в Бат-Ям шла три месяца и вернулась недоставленная, по моему адресу в изодранном состоянии. И не я один ругаюсь. И ничего!..

3

   БЛАТНОЙ  СПЕЦНАЗ

— В экономической науке есть понятие «группы специальных интересов». Это люди со средствами и их друзья в госаппарате, которые помогают  выиграть конкурс и сесть на деньгу. Я хочу уточнить: это не Венесуэла. У солидных людей и адвокаты солидные. Они следят, чтобы внешний антураж блистал белизною, чтобы объявление о конкурсе было мелким шрифтом на предпоследней странице какой-нибудь газеты, чтобы в конкурсной комиссии заседали люди, чьи фото когда-то украшали первые страницы: бывшие мэры, генералы в отставке и прочий почтенный люд. Как и жена Цезаря, они вне подозрений.

   — А в почтовом деле они понимают?

— Одним из предрассудков стран, где коммунисты распоряжались школой и газетами, является убеждение, что хороший политработник, желательно с армейским прошлым, понимает во всем: в тракторах, в балете, в народном благе… Израиль тут совсем не исключение. Тем более, что предрассудок, как чип, сидит в мозгах, это не так заметно.

   — Моше, я делаю зарубку на березе: от ленивых покупателей и упрямых избирателей мы перешли к вещам судьбоносным. Можно ли утверждать, что в Израиле с блестящей медициной и известным на весь мир хай-теком, существуют темные уголки, типа пляжа Тель-Барух, где здравый смысл отдыхает, а идеалы Ленина по-прежнему живы?

     КРЕМЛЕВСКИЙ БАРОН

— Вполне. Только я буду говорить о настоящем ленинизме, а не о том, который  мы сдавали, чтобы перейти на следующий курс на филфаке или в физтехе…

— Плиз!

6a4966049268b027b1bf9ccb0a6a0459_may_day_tel-aviv_1949

— Вот несколько строк из устных заветов Ильича:

  1. Нашу власть мы никому никогда не отдадим. Лучше все взорвать. Троцкий в ту же степь: «Мы громко хлопнем дверью!»
  2. При социализме все равны. Но человек с партбилетом получает самое лучшее и раньше всех.
  3. Святая цель оправдывает любые средства.
  4. Интеллигент полезен. Но когда он нас критикует, это враг №1.
  5. Народ – это глина, из которой можно все лепить. Глины много.

   — Старой родиной запахло. Но причем здесь Израиль?

— Те же цели. Те же книги читали с карандашом: «Овод», «Как закалялась сталь». Те же вспышки организованной жестокости: расстрел «Альталены», операция «Сезон» в 1946г., когда полный юных сил Ариэль Шарон топтал, выбивая показания, ребят из Эцеля и Лехи…

   — Вы хотите сказать, остались рецидивы с тех времен? В двадцать первом веке?

— Штаммы бактерий сохраняются, особенно ближе к полюсу, тысячи лет. Оживи – заработают…

    — И как эти идеи-штаммы работают в мире высоких технологий?

erwer

— Например, как набор абсолютных истин местного значения. Скорбя по поводу избрания Трампа, социологи потрясали распечатками опросов, где 90% респондентов на словах разделяли демократические ценности: равенство рас, равенство полов. Ну да, на словах. Но когда социологи  стали выяснять, почему эти «тоже демократы» отдали голоса за рыжее чудовище, то их отшвырнуло в эпоху ранних цивилизаций: житель Рима выше варвара из Галлии, мужчина не ровня женщине. А Хиллари, при всех талантах – не мужик…Я не говорю, хорошо это, или плохо. Но Трампу оказалось это на руку.

— Какая связь с Израилем?

— У нас тоже сидят в подкорке «Устные заветы». Когда в 1977г. впервые со дня основания государства на выборах победили «не левые», борцы за демократию ударили в колокола, застучали в окна. Один из профсоюзных лидеров заявил: «Если народ хочет Бегина, нужно поменять народ!..»

   — Жуть какая. А их самих, этих динозавров, нельзя поменять?

    ЛОВЦЫ  ПОДРЯДОВ

— Из гущи народной, от одних и тех же людей звучат такие монологи: Первый – «Да, ура, власть народу!» И второй, со сморканием в платок: «Но у них же опыт, они давно же там… Слушайте, у меня есть племянник, великолепно рисует… Вы не поможете ему получить подряд на перекраску контейнеров для мусора в Нес-Ционе?..»

   — Моше, довольно. Вы можете подбить бабки, ответив напрямик: что мешает обычным людям, без диких запросов, жить в Израиле уютно и нормально? Понятно, я только про евреев говорю…

— Попробую. Во-первых, мешают мощные интересанты, которые все время выигрывают «конкурс с одним участником». Во-вторых, мощный пул «своих» из левой элиты (военные, журналисты, судьи, парламентарии), которые знают, как вышибать «недостаточно своих» из эшелонов власти. В-третьих, «тихие и вежливые»  из муниципальных кругов, ловцы выгодных подрядов. Все названные лица НЕ ЗАИНТЕРЕСОВАНЫ  быстро решать проблемы, и оперативно устранять мелкие  завихрения общественных институтов.

   — Моше, я слушаю с растущей меланхолией. Уж очень много людей нашли, на наши головы, свою колею – глубокую, неудобную, с лягушками, почти родную. Это наш, израильский патент – кусочек хорошей жизни в глубоком сне. Эй, кто разбудит?

— Эзра, я живу среди поселенцев, и здесь все наяву. Мужчина овдовел – у его дома очередь, чтобы пригласить папу и детвору на субботнюю трапезу. Парень, служивший в Гивати, тренирует ребят за год до призыва. Мать семейства в больнице – у соседок график, кому когда ее навещать…

   — Вы думаете, это наше будущее?

— И вы тоже.

 

Обсуждение