ЙЕГУДА ГОРДОН. ИСТОРИЯ 7

БЕЛЫЙ ОГОНЬ
Читать дальше →

">
1254

Как я попал в Америку? Очень просто – из Парижа. Почему парня, который  отслужил в ЦАХАЛ, жадно тянет заграницу, вопрос отдельный, и я его разбирать не буду. Но факт, что тянет. Во-вторых,  у меня была в Штатах старшая сестра, психолог, очень состоявшаяся особа. Жить я у нее не собирался, но когда за спиной надежный тыл, как-то легче дышится.

Таким гусям как я в Париже полагается мансарда, а в Штатах – бейсмент, полуподвал особняка. Им владют люди небедные и практичные. Зачем их бейсменту пустовать? Пусть симпатичный аспирант живет там тихо и помогает хозяевам выплачивать разные страховки. И вот я стал таким.

Мои тогдашние жизненные планы уложатся в одну строку. Мне хотелось вдохнуть запах пыльных дорог (метафора), но при этом делать что-то полезное по еврейской части. Как раз выпала хорошая карта: «стоял Нисан уж на дворе» и одной еврейской организации был нужен ортодокс с широким кругозором. Это как раз я.

0_a4e9_f55ac313_xl

В годы 70-е это было. Еврейские семьи по договору Брежнева и Никсона полетели в Штаты из России. Здесь, среди прочего,  им устраивали «седер ле-дугма», показательное пасхальное застолье, где куры и маца были настоящие, а рассказ об Исходе немного сокращенным.

— Только учти, — мне сказали, — седер будет в еврейском клубе на Брайтон-бич.

— Давно хотел там побывать!

— Прикинь, клуб молодежный…

— А что у них, рога растут?

Понты, понты…

Вы помните, что я родился в Литве, а вырос в Польше, среди туповатых лодзенских хулиганов. Сравните квас с шампанским. И вы поймете, что от наших брайтонских я был сражен и оглушен. Человек 50 или 60 еврейского юного жлобья выплескивали наружу свой небогатый, но мощный внутренний мир. Парни задирались. Девушки били друг друга в морду. Я пытался что-то говорить, но мои жалкие децибеллы тонули в общем реве. Устроители вечера приготовили шикарный стол и пригласили музыкантов. Один из них шепнул мне:

— Полиция сюда перестала ездить. Учтите этот факт. Может, как-нибудь отсидимся…

Но отсиживаться я не мог и не хотел. К счастью, одна мудрая женщина подарила мне волшебный талисман. Ее звали рабанит Бельская и среди людей в штраймлах и белых чулках она была одним из больших авторитетов. Узнав, что я еду распространять свет Торы на Брайтон-бич, она вызвала меня к себе и сказала:

— Я слышала, ты готовишь «седер ле-дугма». Возьми вот эту банку с протертым хреном. В ней огонь. Расскажи этим детям, как горько нам было в Египте…

rubric_issue_29186

Типичный Брайтон середины 70х

«Эти дети» стояли на ушах. Гефилте фиш они побросали на пол, выложив дорожку, и спорили, кто дальше проскользит. Динамики личных транзисторов были включены на полную. Музыканты играли, но музыки не было слышно. Меня тоже. Тогда я вынул из бумажника банкноту в 50 долларов и сказал работникам смычка: «Разменяйте мне на баксы! Уан доллар, плиз!»

Неважно, что они  обо мне подумали. Пока шел размен, я вынул дар жены раввина. Приоткрыл крышку и враз слезу прошибло. Рассовал валюту по карманам и слету запрыгнул на накрытый стол. Дети стали кидать в меня разными вещами. Уворачиваясь, я закричал:

— Кто хочет стать хозяином судьбы?! Кто мечтает быть  миллионером?..

0_a4ec_29e01bad_xl

молодежь Нью-Йорка начала 70х

Объедки и огрызки продолжали  в меня лететь, но динамики притихли. Дети   проявили интерес к теме, образовалась живая очередь. Они толкались, а я потрясал «зелеными» с портретом президента. В толпе юнцов выделялся парень с хорошей мускулатурой по имени Володя. Приподнимаясь на плечах друзей, он орал:

— Пахан! Грузи, в чем тут фишка!

— Ты хочешь быть миллионером?

— Да!

— Тогда ешь марор! Каждая ложка – доллар!

Володя запрыгнул, стол зашатался, мы чуть не полетели вниз. Я открыл изделие рабанит Бельской и зачерпнул столовую ложку.

— Ешь!

Прежде чем давать продукт людям, я сам его отведал, пол-милиграмма. Чувствовал себя потом как динозавр после ядерного взрыва на атолле. Это был чистый белый огонь, огонь еврейской веры. Володя глотнул большую ложку. Его рев заглушил и тейпы, и оркестр.

Добровольцев больше не нашлось, и я начал рассказ об исходе из Египта. Каток «Гефилте фиш», продолжал действовать, но большая часть публики сгрудилась вокруг пасхального стола. Рев Володи напоминал о наших муках в стране фараонов.

Оказавшись в своем бейсменте, я сказал сам себе: «И все же пара мыслей зашла им в уши. Или в души…»

maxresdefault-4

Эта тема имела продолжение. Через несколько лет я был за рулем и притормозил на светофоре. Кто-то стал гудеть мне. Бородатый парень в кипе сигналил и махал рукой. Я крикнул: «В чем дело?»

И услышал:

— Я Володя! Помните, вы накормили меня белым хреном? Спасибо!

Зажегся зеленый. Он рванул по дорожной развилке вверх, а я двинул прямо. Ехал и шептал: «Это все Он, Творец!.. Мое дело десятое. Подумаешь, залез на стол!..»

Но втайне я собой немного гордился.

Обсуждение