ЙЕГУДА ГОРДОН. ИСТОРИЯ 3

Берегись автомобилей
Читать дальше →

">
1254

В историях с гетом злодейскую роль обычно берут на себя мужчины. Они бросают семью, забыв дать супруге эту важную бумагу, разводное письмо. Или, что не редкость, кричат мне в телефон откуда-нибудь из Австралии: «Все помню, ничего не забыл! Ништяк, пусть помучается!..»

Но в этой истории развода добивался муж, живущий в Киеве. А его жена тоже жила – с неевреем, в Каменец-Подольске. Но и мужем разводиться не хотела – любила их обоих и многих других. Ее брат, живший в том же доме, смотрел на это дело философски.

«Да чего там, — заявил он несчастному супругу, буравя взглядом его переносицу. – У нас в Камне все так. И ничего, живем…»

Эту мысль я пересказал своему тогдашнему водителю.

— Угу, — отозвался Виктор Нем, поволжский немец и очень выдержанный человек. – Пару в зубы и мигом поумнеет…

— Не разлетайся, — возразил я. – Брат – не просто брат, а чемпион региона по боксу. Ну и весь набор – своя братва, пиво-воды всякие крышуют…

— Тогда да, — согласился Виктор. – Тогда лучше быть там на заре, когда у жлобья с бодуна рефлексы квелые…

Я кивнул. Виктор был птицей высокого полета – личный шофер президента Украины. У него самого рефлексы были всегда на месте, и это часто нас выручало.

skmbt_28317022312371

Мы въехали в старинный город Каменец, под пенье пташек, тихонько так. Я мусолил нехитрый чертеж, повторяя про себя: «Ее спальня справа, его слева… Не перепутать!..»

В голову также лезла Галаха. Эта веселая особа, не хотевшая получать гет, была еврейкой. Встречаясь с кем попало, она каждый раз совершала смертный грех. После гета – такое плохо и весьма, но все же не с головой на плахе…

Под мои веселые мысли мы тихо затормозили.

— Мотор пусть работает, — сказал я Виктору.

— Ни пуха, — сказал он.

Я чувствовал себя как школьник на экзамене. Гет полагается брать  добровольно. Если женщина упрямится, выручает «кфият гет», постановление раввинского суда о насильственном вручении. Но здесь тоже существует  определенный ритуал. Поэтому мизансцена выглядела так:

Я толкнул дверь без стука. За мной следом зашли два ешиботника, свидетели вручения. Звезда города, Риточка, поднялась навстречу. Она поняла, кто я и зачем, но еще не решила, как себя вести. Темп! Темп!.. Я произнес: «Арей зэ гитех…Мегурешет ме-ахшав…» (Вот гет твой, который послал твой муж, (назвал имя). С этим гетом ты считаешься разведенной… (она взяла  бумагу в руки).

skmbt_28317031911550_0015

 

Я: «А я посланник Бейт-дин, еврейского суда! Дойди с этой бумагой до двери!

Рита дошла.

Все! Она разведена, и меч, во всяком случае не такой острый, над ней не висит. Если остепенится и родит ребенка от еврея, он уже не будет считаться мамзером, незаконнорожденным. Да много еще чего «не»…

В комнате слева что-то зашебуршилось. Вскрик. Щелкнула задвижка.

Тогда шофер услышал мое заветное: «Витя, гони!»

Гонка под сто в районе свободной застройки – это надо пережить. Но главная радость ждала нас на шоссе. Как только под колесами нарисовался более-менее внятный асфальт, за нами пристроились три черных мерседеса. Тогда в них ездили уже не гаишники, а бандиты.

Это было хуже, чем в кино, страшнее.  220 км. в час на трассе с выбоинами, -челюсть   потеряешь. «Что эти парни хотят от нас?» — подумал я, как какой-нибудь герой из «12 стульев». И сразу получил ответ: флагман бандитов шел на таран, хотел сбросить нас в пропасть.

Вот ведь дела.

— Тормозить не будем, — скача по ухабам, объявил Виктор. Я не ответил, я молился. Минуты катились медленно, как гири-двухпудовки.

— Все, — сказал Виктор Нем, сбавляя ход. Я сунул нос в боковушку. Шоссе сзади было пустое.

Нечего сказать. То есть можно много. Но незачем.

Скоро  вернусь в район без мерседесов, харедимный Рамот. Жена накроет на стол, ворчать на меня будет. Хорошо!..

Обсуждение