АУРА СТАРЫХ КРЕСЕЛ

Читать дальше →

">
img-20160718-wa0006

Даниэля Брохина не нужно представлять. Но я все-таки сделаю это. Он глава большой семьи и, стало быть, личность положительная, с весом в обществе и в поселении Текоа, где живет. Но он же «хасид на мотоцикле», который часто оставляет авто ради этого вечно юного конька-горбунка. Не раз это помогало ему миновать полицейские заслоны и щелкнуть на планшетку снос нелегального каравана или другую реалию нашей здешней жизни.
Д.Б. искренний, внятный, без выпендрежа. Поэтому телефонная трубка моим голосом ему сказала:

— Даниэль, вы согласились бы стать постоянным корреспондентом «Город-М»?

— Соглашаюсь.

— А о чем бы вы хотели сейчас поговорить?

— Об Амоне.
(Справка: в 1995г. недалеко от поселения Офра были обнаружены следы еврейских жилищ времен Танаха. Группа молодых людей из Офры решили возродить развалины и основали там форпост. Люди в высоких креслах (Эхуд Барак, Ариэль Шарон и др.) объявили это место «стратегически важной высотой» и дали отмашку: «Селитесь!» К 2005 г. здесь выросли девять капитальных многоквартирных домов. Их заселили. Багац, Верховный суд справедливости, в том же году дал распоряжение министру обороны людей прогнать, а дома разрушить. В поселение прибыли 10 000 солдат и полицейских и случилась «битва при Амоне» — безоружные мужчины, женщины и подростки с одной стороны и спецназ с лошадьми, дубинками, водометами с другой.
Через год началась борьба. Четыре семьи вновь поставили караваны и стали жить на развалинах. Статистика меняется – 40 семей. Сейчас, по доносу левых организаций Еш Дин и Шалом ахшав, Багац вновь требует разрушить возрожденную Амону).

— Даниэль, и что ты сейчас думаешь об Амоне?

— Это как блокада Ленинграда, откуда я родом. Окружили со всех сторон. Багац, Шалом ахшав, это наши явные враги. А скрытые те, кто дорвались до кресел. Считается, что сейчас у власти правое правительство. Мы слушали, их обещания до выборов – райский сад! Министр финансов Моше Кахлон обещал понизить цены на жилье, которое в скромном Израиле дороже, чем в Штатах. Ничего и близко! Я заметил, что эти люди, получив власть, быстро переходят на ту сторону…

— На какую «на ту»?

— На сторону равнодушных трусов. Трусы – потому что боятся потерять место. Равнодушные – потому что небо вдруг становится очень далеко, наших общих молитв не слышно. Голос желудка твердит: «Подумаешь, еще одно поселение. Но их же много. А мы должны думать о стране в целом. Государство – это мы теперь…

— Да ну!..

— В районе, где мой дом, есть несколько членов Кнесета, они же носители министерских портфелей. На встречах с нами, своими избирателями, они говорят: мы теперь не партийные, мы государственные, бережем страну в целом… Себя они берегут!

— Даниэль, откуда у людей «при власти» берется этот страх?

— Он наследственный. Есть аура старых кресел, где сидел Бен-Гурион, Голда, Шарон… Это были люди с определенной идеологией: быть как все, работать по субботам, никогда-никогда не вернуться к Творцу и Торе. И чем дольше человек идет по этому пути, тем больше в его душу входит страх.

— Страх чего?

— Страх без имени и без границы. Страх пустого неба. Они ищут привязку – арабы, ООН, Америка. Но на самом деле у тех людей свои заботы. А наши лезут: а вот мы какие хорошие, а вот, сами разрушаем!..

— Даниэль, сейчас как быть?

— Вспомнить один закон Торы. Замужняя женщина или чья-то невеста пришла в Бейт-дин с жалобой, что кто-то ее изнасиловал. Судьи начинают проверку:
«Где это было?»
«В городе».
«Ты кричала, отбивалась, звала на помощь?» Если да, судят только насильника. Если нет – их обоих.

— Значит, сопротивляться?

— Или, по крайней мере, громко кричать…

Обсуждение